ТЕКСТ
ПСИХОЛОГ
СВЕТЛАНА КОТОВА
(САЙТ, VK, FB)

ИЛЛЮСТРАЦИИ
ДИМА АНУФРИЕВ

Со мной
это не случится
Время показало — не сказки
Психолог Светлана Котова делится своими историями столкновения с темой ВИЧ. Перед прочтением рекомендуем ознакомиться
с нашими карточками, подготовленными вместе с проектом «Чтобы жить»,
в которых вы найдете основную информацию про ВИЧ и СПИД.
Коварство ВИЧ в том, что это реальная угроза, но всегда скрытая, поскольку связана с интимными сторонами жизни, с моральным осуждением других людей. Вот уже везде про все пишут, и статистика посчитана, и центры СПИД работают, но… Говорить об этом по прежнему трудно. Хочется отмахнуться, сказать «Меня не касается», поменять тему. Почему бы это? Да потому что страшно. Потому что на самом деле мы знаем, что не застрахованы.
То мое «Не верю» — вполне типичная реакция человека на нечто, вызывающее сильную тревогу. Нам так не хочется осознавать свою хрупкость, свое бессилие перед случаем, болезнью, смертью, что психика отгораживает нас от боли таким вот защитным отрицанием.

Но от реальности это, увы, не защищает. Давно прошли времена, когда ВИЧ распространялся в специфических группах риска. Сегодня считать его «болезнью гомосексуалов и извращенцев» — либо дремучесть, либо самообман. А ведь многие люди даже не задумываются о проверке своего ВИЧ-статуса просто потому, что не относят себя к группе риска: «Я не гей, не наркоман — зачем проверяться?», «У меня постоянный партнер — я точно здорова».
Это большая ошибка.


Помню, как впервые услышала про СПИД. Было это больше 30 лет назад. Подруга, тоже студентка, спросила, слышала ли я новость: появилась непонятная, неизлечимая и смертельная болезнь, передающаяся половым путем. Звучало таинственно и устрашающе. Я сказала «Ерунда, очередные бредни, пропагандистские сказки».
Со мной
это не случится
Время показало — не сказки
Помню, как впервые услышала про СПИД. Было это больше 30 лет назад. Подруга, тоже студентка, спросила, слышала ли я новость: появилась непонятная, неизлечимая и смертельная болезнь, передающаяся половым путем. Звучало таинственно и устрашающе. Я сказала «Ерунда, очередные бредни, пропагандистские сказки».
Коварство ВИЧ в том, что это реальная угроза, но всегда скрытая, поскольку связана с интимными сторонами жизни, с моральным осуждением других людей. Вот уже везде про все пишут, и статистика посчитана, и центры СПИД работают, но … Говорить об этом по прежнему трудно. Хочется отмахнуться, сказать «Меня не касается», поменять тему. Почему бы это? Да потому что страшно. Потому что на самом деле мы знаем, что не застрахованы.
То мое «Не верю» — вполне типичная реакция человека на нечто, вызывающее сильную тревогу. Нам так не хочется осознавать свою хрупкость, свое бессилие перед случаем, болезнью, смертью, что психика отгораживает нас от боли таким вот защитным отрицанием.

Но от реальности это, увы, не защищает. Давно прошли времена, когда ВИЧ распространялся в специфических группах риска. Сегодня считать его «болезнью гомосексуалов и извращенцев» — либо дремучесть, либо самообман.
А ведь многие люди даже не задумываются о проверке своего ВИЧ-статуса просто потому, что не относят себя к группе риска:
«Я не гей, не наркоман — зачем проверяться?», «У меня постоянный партнер — я точно здорова».
Это большая ошибка.


ТЕКСТ
ПСИХОЛОГ СВЕТЛАНА КОТОВА
(САЙТ, VK, FB)

ИЛЛЮСТРАЦИИ
ДИМА АНУФРИЕВ

Психолог Светлана Котова делится своими историями столкновения
с темой ВИЧ. Перед прочтением рекомендуем ознакомиться
с нашими карточками, подготов-ленными вместе с проектом «Чтобы жить», в которых вы найдете основную информацию про ВИЧ
и СПИД.
По данным на 2019 г. в России 62,7% случаев заражения ВИЧ связаны с незащищенным гетеросексуальным контактом. На втором месте (33%) — инъекционное употребление психоактивных веществ. Портрет ВИЧ-носителя сильно изменился: все чаще это бывают социально благополучные, профессионально востребованные люди среднего возраста.
Это значит, что любой, совершенно обычный человек может однажды узнать, что ВИЧ-инфицирован. Просто потому, что вирус распространяется по своим законам, нравится нам это или не нравится.


Чтобы осознать это, представьте дерево
с двумя главными ветками. Это вы и ваш интимный партнер. Допустим, что ваш отрицательный ВИЧ-статус подтвержден. Допустим, вы абсолютно верны друг другу.
Но не знаете ВИЧ-статус партнера: спрашивать об этом неловко, боитесь обидеть, да и вообще о таком не думаешь, когда любишь человека. Вопрос: сколько сексуальных партнеров у него было до вас? Допустим даже один (рисуем ветку). Сколько их было у этого одного? Неизвестно.
А сколько было у каждого из них? Тем более. Достаточно одного случайного контакта в любой, самой дальней ветке «дерева связей», чтобы цепочка вела к вам. Даже в нашем, почти девственном варианте, риск есть, его невозможно измерить, но приходится признать, вспомнив школьную теорию вероятности. А ведь «веток» на каждом уровне может быть много. Мы все переплетены.


В практике я встречалась с людьми по разные стороны проблемы ВИЧ, и у каждого была своя беда. Я видела умную, тонко чувствующую, заботливую маму, которая в слезах искала ответ на вопрос: сообщать ли своему сыну-подростку правду о том, что «витамины», которые она так прилежно принимает — на самом деле препараты от ВИЧ.

Я видела красивого, успешного мужчину, совершенно потерянного и запутавшегося в ужасающих играх своей женщины, которая, разрывая отношения, вдруг объявила себя ВИЧ-инфицированной.



Я видела парня, настолько одинокого, что устоять против секса с партнершей оказалось невозможным даже после ее упоминания о своем ВИЧ-носительстве. Что было с ним после той ночи, все эти 6 месяцев «периода окна»*, можете догадаться. Изматывающие мысли о своей вине, ярость, навязчивые картины мучительного умирания, после каждого чиха — судорожные забеги на сдачу теста (бессмысленные в «период окна»). Никому не пожелаю этот ад.
Истории разные, но очень тяжелые, даже если никто еще не умирает от СПИДа, а лишь как-то соприкоснулся с этой темой. Вокруг каждого из нас они тоже есть, только в Инстаграм такого не выкладываю. Мы все люди, со своими слабостями, заблуждениями и роковыми ошибками.

Но ответственность за свою жизнь несем только мы сами. Изучите достоверную информацию по теме ВИЧ. Используйте способы безопасного сексуального поведения. Включайте голову, всегда имейте «план Б». Если вы сексуально активны
и склонны к экспериментам, или просто бываете очень спонтанны в любви — пожалуйста, осознайте это и продумайте
меры безопасности «на берегу».
А доверие в паре — это не когда «боюсь обидеть подозрениями», а когда «мы живем в 21 веке,
и мы нужны друг другу здоровыми». Берегите себя.
[«Период окна» — это период, когда ВИЧ в организме уже есть, но антител недостаточно для обнаружения тестами. Анализ выявляет именно антитела.
Для наработки антител нужно от 1 до 3, а иногда до 6 месяцев.]
По данным на 2019 г.
в России 62,7% случаев заражения ВИЧ связаны
с незащищенным гетеросексуальным контактом. На втором месте (33%) — инъекционное употребление психоактивных веществ. Портрет ВИЧ-носителя сильно изменился: все чаще это бывают социально благополучные, профес-сионально востребованные люди среднего возраста.
Это значит, что любой, совершенно обычный человек может однажды узнать, что ВИЧ-инфицирован. Просто потому, что вирус распространяется по своим законам, нравится нам это или не нравится.


Чтобы осознать это, представьте дерево с двумя главными ветками. Это вы и ваш интимный партнер. Допустим, что ваш отрицательный ВИЧ-статус подтвержден. Допустим, вы абсолютно верны друг другу.
Но не знаете ВИЧ-статус партнера: спрашивать об этом неловко, боитесь обидеть, да и вообще
о таком не думаешь, когда любишь человека. Вопрос: сколько сексуальных партнеров у него было до вас? Допустим даже один (рисуем ветку). Сколько их было у этого одного? Неизвестно. А сколько было у каждого из них? Тем более. Достаточно одного случайного контакта в любой, самой дальней ветке «дерева связей», чтобы цепочка вела к вам. Даже в нашем, почти девственном варианте, риск есть, его невозможно измерить, но приходится признать, вспомнив школьную теорию вероятности.
А ведь «веток» на каждом уровне может быть много. Мы все переплетены.


В практике я встречалась с людьми по разные стороны проблемы ВИЧ,
и у каждого была своя беда.
Я видела умную, тонко чувствующую, заботливую маму, которая в слезах искала ответ на вопрос: сообщать ли своему сыну-подростку правду о том, что «витамины», которые она так прилежно принимает — на самом деле препараты от ВИЧ.

Я видела красивого, успешного мужчину, совершенно потерянного
и запутавшегося в ужасающих играх своей женщины, которая, разрывая отношения, вдруг объявила себя ВИЧ-инфицированной.



Я видела парня, настолько одинокого, что устоять против секса
с партнершей оказалось невозмож-ным даже после ее упоминания
о своем ВИЧ-носительстве. Что было с ним после той ночи, все эти
6 месяцев «периода окна», можете догадаться. Изматывающие мысли
о своей вине, ярость, навязчивые картины мучительного умирания, после каждого чиха — судорожные забеги на сдачу теста (бессмысленные в период «окна»). Никому не пожелаю этот ад.
Истории разные, но очень тяжелые, даже если никто еще не умирает от СПИДа, а лишь как-то соприкоснулся с этой темой. Вокруг каждого из нас они тоже есть, только в Инстаграм такого не выкладывают… Мы все люди, со своими слабостями, заблуждениями и роковыми ошибками.

Но ответственность за свою жизнь несем только мы сами. Изучите достоверную информацию по теме ВИЧ. Используйте способы безо-пасного сексуального поведения. Включайте голову, всегда имейте «план Б». Если вы сексуально активны и склонны к экспериментам, или просто бываете очень спонтанны
в любви — пожалуйста, осознайте
это и подумайте меры безопасности «на берегу».
А доверие в паре — это не когда
«боюсь обидеть подозрениями»,
а когда «мы живем в 21 веке,
и мы нужны друг другу здоровыми». Берегите себя.
[«Период окна» — это период, когда ВИЧ
в организме уже есть, но антител недостаточно для обнаружения тестами. Анализ выявляет именно антитела.
Для наработки антител нужно от 1 до 3,
а иногда до 6 месяцев.]
Made on
Tilda